Страдание святых мучеников Назария, Гервасия, Протасия и Кельсия,

Память: 14 октября по старому стилю / 27 октября по новому стилю

Святой Назарий родился в Риме; отец его был еврей, а матерь, по имени Перпетуя, – христианкою: святое крещение она приняла от самого апостола Петра. Придя в отроческий возраст, Назарий долго размышлял, какой держаться ему веры – отцовой или матерней. Наконец он решил быть подражателем своей святой матери, молитва коей много способствовала его просвещению, – и был крещен епископом Лином [Св. епископ Лин был первым епископом Римской церкви непосредственно после св. апостола Петра; принадлежал к лику 70 апостолов. Память его совершается 5-го ноября и 1-го января вместе с другими апостолами.] .

Когда святой Назарий достиг совершенного возраста, то оказался совершенным и в добродетелях: усердно служа Господу, он заботился не о своем только спасении, но и о спасении других, ибо многих неверующих обратил ко Христу. Но скоро Назарий ушел из Рима; он взял от своих родителей приходившуюся ему часть имения, и стал там благодетельствовать неимущим; придя же в Медиолан, он раздал там все, что имел, творя милостыню убогим и служа своим имением узникам, страдавшим за Христа.

Тогда, в царствование нечестивого Нерона [Нерон (54-68 гг. по Р. Хр.) – один из наиболее жестоких, тщеславных и развратных римских императоров. Им было воздвигнуто первое в Риме гонение на христиан, во время которого пострадали апостолы Петр и Павел.] , было великое гонение на христиан, и многие исповедники Христовы были содержимы в оковах и мучимы; святой Назарий, служа им, утверждал их в вере и укреплял на мученический подвиг. В это время правителем Анулином были взяты и заключены в темницу некие святые мученики Гервасий и Протасий. Святой Назарий часто приходил к ним и утешал их своею благочестивою беседою: он весьма полюбил их, ибо видел, что они исполнены Божественной любви и пламенно желают положить души за Господа, положившего за нас душу Свою на кресте. Назарий питал к ним такую любовь, что не хотел разлучаться с ними, и предпочел вместе с ними пострадать и умереть. Правителю той области скоро сделалось известным о Назарии, что он, посещая заключенных в темнице узников, приносит им все необходимое и утверждает их в христианской вере. Посему он повелел взять Назария и привести к нему; на суде он прежде всего спросил его, кто он и откуда. Узнав, что Назарий по происхождению – римлянин, по вере же – христианин, Анулин убеждал его не отвергаться отеческих богов, которых римляне из древности почитают жертвами и поклонением. Святой же не только не хотел слушать его советов, но и говорил ему совершенно противное, порицая его ложных богов и исповедуя Единого Истинного Бога, Иисуса Христа. Тогда правитель повелел бить его в уста. Но святой не переставал мужественно говорить и обличать нечестие его. После того правитель еще более разгневался и повелел бить мученика палками, потом с бесчестием изгнал его из города. Блаженный Назарий, будучи изгнан, радовался, что сподобился принять раны за Христа и, как изгнанный правды ради, вспоминал слова Христовы: « блаженны вы, когда будут поносить вас и гнать и всячески неправедно злословить за Меня » (Мф.5:11). Он скорбел только о том, что разлучился с своими возлюбленными друзьями, Гервасием и Протасием, вместе с которыми желал и умереть. Это его желание Господь исполнил впоследствии, а в то время ему должно было еще в иной стране послужить спасению людей и отвратить многих от заблуждения. В следующую же ночь явилась ему в видении блаженная матерь его, повелевая ему идти в Галлию и там трудиться в благовествовании Христовом. Встав, он пошел, по указанию своей матери, в ту страну и, проповедуя Христа, просвещал там светом веры людей, сидящих во тьме и сени смертной [Т.е. – людей не знавших Истинного Бога и погибавших духовно. Образ речи заимствован из кн. Исх. 9:2; ср. Мф.4:16.] . Когда святой Назарий был в городе, называемом Мелия [Мелия или Кимелла – один из галльских городов, близ нынешней Ниццы, на юге Франции.] , он взял здесь от некоторой благородной и верующей женщины трехлетнего отрока, по имени Кельсия, крестил его и воспитал в благочестии. Отрок возрастал летами и разумом, исполняясь Божией благодати; когда же он пришел в возраст, то последовал за своим учителем, святым Назарием, учась от него высшей премудрости и слагая в своем сердце его Боговдохновенные слова и отеческое поучение. Отрок был настолько мудрым о Христе, что сравнялся с своим учителем, и равно с ним служил спасению людей; проповедуя Христа, он вместе с Назарием терпел гонения и мучения, впоследствии же сподобился и одинакового с ним мученического венца.

Диновий, правитель той страны, узнав, что Назарий распространяет христианство по многим городам, тотчас же взял его вместе с Кельсием и обоих заключил, после побоев, в темницу, намереваясь предать их по утру всевозможным мучениям. При наступлении утра, жена правителя, увидев, как Кельсия, красивого отрока, вели на казнь, сжалилась над ним и, припадши к своему мужу, умоляла его, чтобы он помиловал отрока и отпустил его, вместе с учителем его Назарием; своею неотступною мольбой она до тех пор не оставляла правителя, пока не упросила его отпустить обоих на свободу. Отпуская их, правитель сказал:

– Ходатайство жены моей освобождает вас от всякого мучения.

Но святые мученики скорбели о том, что не достигли желаемого мученического венца и не окончили земного поприща, чтобы разрешиться от тела и жить со Христом [Выражение заимствовано из посл. к Филипп, гл. 1, ст. 23.] . По дороге оттуда, они пришли в город Тимир [Тимир – иначе Трир, многолюдный, цветущий город в северной Галлии.] и, по обыкновению распространяя там Евангельское учение, приобрели Христу много душ.

Но диавол, не вынося того, возбудил гнев идолопоклонников; восстав на святого Назария и Кельсия, нечестивые взяли их и отослали к своему лютому царю Нерону. Святые, став пред царем, исповедали Творца Христа Бога, за что Назария повергли на землю и попирали ногами, Кельсия же били розгами. Принуждаемые к принесению жертвы богам, они ниспровергли словом своим идолов их на землю, и были за то отданы на съедение зверям; но звери не причинили им вреда. Потом они были ввержены в море, но пошли по водам, как по ровному полю. Увидев это, слуги царя уверовали во Христа; приняв крещение от святого Назария, они оставили царский двор и, удалившись от мирского мятежа, стали служить Христу.

Святой же Назарий пошел с своим учеником, святым Кельсием, снова в Медиолан и нашел святых мучеников Гервасия и Протасия еще живыми, но томившимися в темнице. Когда он стал проповедовать Евангелие в Медиолане, то опять был взят правителем Анулином. Анулин спросил его, где он был до того времени. Узнав, что он был в руках самого Нерона, правитель подивился, каким образом он освободился из рук его живым и здоровым, ибо знал, что Нерон – царь жестокий и бесчеловечный, что он беспощадно убивает не только виновных, но и невинных. Правитель принуждал Назария, чтобы он приступил и поклонился богам их; но тот не только не захотел сделать сего, но и стал хулить их. Тогда Анулин повелел бить его в уста, и святой, приняв с учеником своим Кельсием много побоев, был ввергнут в темницу – к святым Гервасию и Протасию. Назарий очень радовался, что сподобился увидеть своих возлюбленных друзей и терпеть заключение за Христа вместе с ними в, одной темнице.

В то время правитель Анулин известил письмом царя Нерона о Назарии. Царь, услышав, что Назарий жив, весьма разгневался на тех слуг, которым было приказано потопить его в морской глубине. Он долго искал их, чтобы погубить, – думая, что они отпустили Назария, – но не нашел; ибо они уже бежали от мира и добровольно посвятили себя на святое служение Христу. Царь написал правителю Анулину, чтобы он тотчас же умертвил Назария. Анулин, получив царское письмо, вывел из темницы святого Назария с учеником его, святым Кельсием, и усек мечом их честные главы.

Один из верующих, живший в городском предместье, взяв тайно святые мощи их, внес их в свой дом. В то время у него лежала на одре расслабленная дочь, которая, когда внесли в дом мощи святых мучеников, тотчас же встала с одра здоровой, как бы никогда и не болела. Хозяин дома, вместе с своими домашними, весьма возрадовался сему, и предал тела мучеников честному погребению в своем саду.

Вскоре по усекновении святых мучеников Назария и Кельсия, пришел в город военачальник Астазий, шедший на войну против Моравов [Моравы – славянское племя, живущее теперь в пределах Австро-Венгрии.] . Жрецы идольские научили его, дабы он умертвил оставшихся в темнице святых мучеников Гервасия и Протасия, и Гервасий был избит оловянными прутьями, и скоро скончался; Протасий же окончил мученический подвиг через усекновение главы мечом. Христианин Филипп, взяв вместе с своим сыном тела их, предал их погребению в своем доме.

Мощи всех четырех мучеников, Назария и Кельсия, Гервасия и Протасия, оставались скрытыми в земле, под спудом [Т.е. – под сокрытием, в сокровенном месте.] , и никто не знал о сем до самого времени святого Амвросия, епископа Медиоланского. Мощи Гервасия и Протасия он обрел, по откровению Божию, в царствование Феодосия Великого, мощи же Назария и Кельсия – в царствование Аркадия и Гонория [Аркадий – сын и преемник Феодосия Великого, управлявший восточной поло-виной империи (395-408 гг.). Гонорий также сын и преемник Феодосия Великого управлявший западной половиной империи (395-422 гг.).] .

Об обретении мощей Назария и Кельсия пресвитер Павлин вспоминает в житии святого Амвросия так:

– Мощи святого мученика Назария, найденные вне города в саду, Амвросий принес тотчас же в храм святых апостолов. Мы видели во гробе, в котором лежали мощи мученика, кровь как бы только сейчас истекшую; голова с волосами и бородой так сохранилась, что как бы только теперь была положена во гроб, а лицо было так светло, что, казалось, только что омыто. И какое же в этом чудо – если Сам Господь ранее обещал в Евангелии, что « и волос с головы вашей не пропадет » (Лк.21:18) [Лк. 21:18. В этих словах Иисус Христос дал апостолам и всем вообще исповедникам христианской веры обетование об особом промышлении о них Божием.] ? Мы в это время почувствовали благоухание, превосходившее все ароматы. Подняв мощи мученика и возложив их на колесницу, мы с святым Амвросием, тотчас же начали искать мощи мученика Кельсия. От владельцев того сада мы узнали, что ему завещано было предками никогда не оставлять этого места по той причине, что в нем скрыты великие сокровища. И подлинно там находились такие сокровища, которых « ни моль, ни ржа не истребляют, ни воры не подкапывают и не крадут » [Эти слова были сказаны Иисусом Христом о вечных и нетленных благах небесных (Мф.6:19), которые христианин должен приуготовлять себе добродетельною жизнью.] (Мф.6:19).

Так говорит пресвитер Павлин о мощах Назария и Кельсия. О мощах же Гервасия и Протасия имеется такая запись святого Амвросия.

«Амвросий, раб Христов, братьям, находящимся во всей Италии, – желаю вечного спасения в Господе.

Божественное Писание называет должником того, кто, получив что-либо туне [Туне – даром, бесплатно, без особой заслуги (ср. Мф.10:8).] от Господа, не дает этого другим; ибо он как бы крадет нечто у церкви, когда утаивает то, что может быть полезным для других. Посему Давид сказал: «Правды Твоей не скрывал в сердце моем, возвещал верность Твою и спасение Твое, не утаивал милости Твоей и истины Твоей пред собранием великим». И как бы желая воздаяния за это дело, присовокупил: « Не удерживай, Господи, щедрот Твоих от меня » (Пс.39:11-12). Он как бы так сказал: как я дал возможность другим найти милость, так и Ты не удали Своей милости от меня.

Но зачем нам делать это предисловие? возвещу вам, благочестиво мудрствующим о Господе и верующим, и призову вас к радости по поводу обретения святых мощей.

В минувшую святую четыредесятницу, когда, по милости Божией, я был в числе постящихся и молящихся, стоял я раз ночью на молитве.

И вот я впал в такое состояние, что хотя и не спал, но и не чувствовал ничего. И видел я двух юношей в белых одеждах, поднявших вверх свои руки и молящихся; одержимый дремотой, я не мог говорить с ними. Когда я пришел в себя, они стали невидимы.

И молил я милосердого Господа, чтобы, если это – бесовское обольщение, Он удалил его от меня; если же здесь сокрыта какая-либо истина, то – чтобы яснее показал ее мне.

Для получения просимого у Господа, я усилил пост и во вторую ночь, во время пения петухов, видел то же, что и в первый раз: тих же юношей молящихся со мною.

В третью ночь, когда моя плоть, ослабев от поста, не могла уже предаться сну, юноши снова явились ко мне; в это время я не спал и лишь только всему этому изумлялся. С ними был и третий благолепный муж, похожий на святого апостола Павла, – как он изображается на иконе; он один только говорил со мной, а те молчали.

Говорил же он так:

– Это – те, которые, послушав моих слов, презрели мир и богатство и последовали за Господом нашим Иисусом Христом, не ища ничего земного или плотского; пробыв здесь в Медиолане десять лет в служении Богу, они сподобились быть мучениками Христовыми; тела их ты найдешь лежащими во гробе в земле на том месте, где стоишь и молишься; изнеси их из земли и устрой храм во имя их.

Я спросил об именах их, и он мне отвечал:

– Ты найдешь возле глав их книжку, в которой написано об их рождении и кончине.

Созвав братию и епископов и передав им о виденном, я начал прежде всего сам копать, епископы же помогали мне. И мы нашли, как поведал святой Павел, гроб, в котором увидели тела святых, как бы только теперь погребенные и издающие прекрасное благоухание.

При главах их мы нашли книжку, в которой все по порядку написано так:– Я, раб Христов Филипп, взял тела сих святых в свой дом и предал их погребению. Матерью их была Валерия, отцом – Виталий; они родили сих сыновей близнецами и назвали одного Протасием, а другого Гервасием. Виталий был воином и жил в Медиолане, служа тайно с своею супругою Богу. Когда он был с судьею Павлином в городе Равенне [Город с гаванью при Адриатическом море, находился на северо-восточном берегу Апеннинского полуострова. Император Август сильно укрепил его, и он считался оплотом Италии. Императоры, начиная с Гонория, имели здесь свое местопребывание. Равенна существует доселе и представляет главный цветущий город Итальянской области того же имени.] , там узнали, что он – христианин. Преданный мучениям, он не отвергся Христа; его ввергли в глубокий ров, били сверху камнями, и, заживо погребенный, он скончался.

Супруга его, узнав о смерти своего мужа, пошла за телом его, чтобы предать его погребению в своем доме, в утешение вдовства своего.

Но Равенские граждане, которые были христианами, воспрепятствовали ей взять тело ее мужа: они радовались такому сокровищу и оставили тело святого, чтобы он был для них заступником.

Не получив желаемого, Валерия возвращалась в Медиолан и на пути в одном селении, попала на богомерзкий праздник нечестивых людей, приносивших жертвы своему скверному богу Сильвану [Сильван почитался у римлян как бог лесов, – откуда и самое наименование его, – полей и стад. Этому богу посвящались три статуи, одна у дома, другая среди поля и третья на месте владения, почему, можно думать, Валерия и не могла миновать праздничного сборища в честь этого бога.] . Идолопоклонники, угощая, по своему обыкновению, странников идоложертвенным мясом, пригласили и шедшую своим путем Валерию вкусить от этого мяса. Но она возгнушалась такою скверною, и, не желая вкушать от бесовской жертвы, исповедала себя христианкою. Нечестивые, придя в ярость, били ее беспощадно палками, так что она была доведена своими спутниками едва живою в Медиолан.

Придя в свой дом и дав наставление в истинной вере сыновьям своим Гервасию и Протасию, она предала на третий день свою душу в руки Божии. Когда Гервасий и Протасий остались сиротами после своих родителей, сподобившихся мученических венцов, то продали дом и имущество свое, роздали все убогим и освободили рабов; сами же, заключившись в одной хижине, усердно предавались в течение десяти лет молитве, посту и чтению божественных книг. На одиннадцатый год, заключенные правителем Анулином в темницу, они пострадали за Христа. Когда военачальник Астазий шел из Медиолана на войну против Моравов, то идольские жрецы, зайдя вперед, встретили его на пути и сказали:

– Если хочешь возвратиться к царю с победой, то заставь Гервасия и Протасия принести жертву богам, ибо боги разгневались на то, что эти два человека презирают их, и уже не хотят давать нам ответов на наши вопросы.

Услыхав об этом, Астазий вывел святых из темницы, поставил пред собой и сказал:

– Приказываю вам, чтобы вы не оскорбляли наших богов, но принесли им с честью жертвы, да благополучен будет наш путь.

Гервасий сказал:

– Победы над врагами ты должен просить у Самого Всемогущего Бога, а не у тех идолов, которые не видят, не слышат, не говорят и не имеют дыхания.

Тогда Астазий повелел бить Гервасия оловянными прутьями до тих пор, пока он не умрет, и святой Гервасий от этих побоев скончался.

Приказав вынести его тело, Астазий сказал Протасию:

– Несчастный! пощади свою жизнь, не будь безумным, подобно своему брату.

Протасий отвечал:

– Не знаю, кто из нас несчастен: я ли, который не боюсь тебя, или ты, который боишься меня.

Астазий сказал:

– Как! я боюсь тебя, несчастный?

Святой сказал:

-Ты боишься, чтобы я не оскорбил тебя, не принеся жертвы идолам; если бы не боялся, то и не принуждал бы меня к жертве. Я же тебя не боюсь и презираю твои угрозы; идолов твоих я считаю за ничто, и покланяюсь только Единому Богу, царствующему на небе.

Тогда Астазий повелел бить его палками, и долго били здесь святого мученика; когда же он был поднят с земли, Астазий сказал:– Несчастный! зачем ты так горд и непокорен? Неужели хочешь погибнуть так же, как и твой брат?

Протасий отвечал:

– Я не гневаюсь на тебя, Астазий, ибо вижу слепоту твоих очей: твое неверие не позволяет тебе видеть того, что – Божие. Господь мой не поносил Своих распинателей, но молился за них, сказав, что они и сами не знают – что творят. И ты не знаешь – что делаешь, посему я и жалею тебя. Однако, делай что начал, чтобы я мог ныне узреть, вместе с своим возлюбленным братом, своего Спасителя.

Тогда Астазий повелел усечь его мечем. Когда это произошло, я, раб Христов Филипп, вместе с своим сыном, взял тайно ночью тела их в свой дом, о чем знал только Бог, и предал их погребению в этом мраморном гробе. Верую, что, по их молитвам, и я получу милость от Господа нашего Иисуса Христа, Который со Отцем и Святым Духом живет и царствует во веки.

Когда эти святые мощи были вынесены из земли, больные стали получать исцеление, бесы были изгоняемы из людей, слепые прозревали. Тот же святой Амвросий упоминает, что в их городе был один всем известный слепец, по имени Севир; лишь только он прикоснулся к краю одежд, бывших на мощах святых, то тотчас же прозрел [Обретение мощей свв. мучеников было в июне 395 или 396 года.] .

Молитвами святых Твоих, Господи, просвети наши душевные очи, дабы мы могли ходить во свете Лица Твоего и о имени Твоем возрадовались во веки [Ср. слова Псалма 88:16.] . Аминь.

Кондак, глас 2:

Светильницы светлии явльшеся, божественнии мученицы, тварь светом чудес озаряете, недугов разрешающе глубокую нощь всегда и Христу единому Богу молящеся непрестанно о всех нас.